Прочитайте, как обстоят дела у сайта Дневников и как вы можете помочь!
×

Хм... Дневник... Когда-то я вела электронный дневник, но потом забросила. Чтож, думаю, можно будет восстановить эту привычку здесь. Вряд ли вы здесь увидите позитивные мысли. Такая уж у меня привычка - записывать только грустные воспоминания, как бы освобождаясь от них. Иногда буду выкладывать свои рассказы.
URL
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
21:04 

Ангора

Та-дааа!!! Да-да-да, это наконец-таки свершилось. Я дописала рассказ. Можете поздравить меня х)

Кто громче, тот и прав - так истина гласит,
Орешь: "Я МЕНЕСТРЕЛЬ!!!" - и на врагов вперед!
От воинов тебя твой титул защитит,
С гитарою поэт всегда везде пройдет.
Бесстрашие певца баллады воспоют,
Ты с воплем: "Прокляну!" бросаешься под меч -
Застрёманный маньяк от ужаса орет
Он озабочен тем, как жизнь свою сберечь!
Тэм и Йовин.

В комнате знахарки стояла глубокая тишина. Даганет и Ката были заняты тем, что сосредоточенно пытались отодрать Тина от занавески, которая невесть чем понравилась маленькому проказливому дракончику. Дракончик отчаянно сопротивлялся и намеревался до последнего бороться за свою добычу. После очередного укуса Катаре надоела это возня и она, не мудрствуя лукаво, заморозила дракошу. Тин наконец-то был отодран от шторки и уложен в кресло.
— Фуу, вот блин бесёнок натуральный! Как ты только с ним справляешься? — поинтересовался парень, рассматривая свои искусанные и исцарапанные руки.
— Я уже как-то привыкла, — пожав плечами, ответила девушка. Даг лишь непочтительно хмыкнул.
— Стоп, мне послышалось, или ты действительно сказала, что Ангора сегодня тоже здесь будет? — через минуту молчания выдал парень.
— Конечно, будет. Ты чего, я ж сказала что всю нашу компашку позвала, — удивлённо покосившись на парня, ответила девушка. Даг издал горестный стон и перекрестился. Глядя на парня, знахарка весело фыркнула. — А ты помнишь, как мы с ней познакомились?
— Спрашиваешь! Конечно, помню, — парень усмехнулся. Девушка хитро прищурилась.
— Точно? Ну-ка, напомни мне, я подзабыла немного, — юноша непочтительно хмыкнул.
— Значит, так...
Стоял прекрасный летний день, солнце радостно освещало землю, играя каждым лучом на траве и листьях деревьев, Тин весело кувыркался в воздухе, радуясь новому дню и купаясь в солнечных лучах. Вообще дракончик был весьма весёлым и озорным существом, норовящим сунуть нос не в свои дела (как и его знахарка). Благодаря этому они неоднократно вляпывались в различные истории, к счастью, Фортуна сопровождала их почти всегда, поэтому они с лёгкости выпутывались даже из самых безнадежных ситуаций. Но об этом позже. Так вот, стоял прекрасный летний день, деревья неслышно переговаривались о чём-то своем, тихо шелестя листьями на ветру, трава приятно холодила ноги. Где-то неподалёку журчал прохладный родник. Ката бродила по поляне и собирала августовские травы, краем глаза наблюдая за Дагом: парень сидел, прислонившись спиной к дереву и с задумчивым видом точил меч. Набрав необходимое количество трав, знахарка приземлилась под дерево рядом с парнем и принялась плести защитный амулет. Бросив на девушку мимолётный взгляд, юноша вновь взялся за меч. Тин спокойно разместился на плече у Катары. Так, занимаясь каждый своим делом, они просидели довольно долго. Солнце уже клонилось к закату. Ката извлекла из-под дерева небольшую лютню, сделанную из какого-то редкого дерева, и заиграла тихую, спокойную мелодию, осторожно касаясь струн. Даг, оторвавшись от созерцания своего меча, прислушался. Ката тихо запела:
— Не проси меня петь о любви в эту ночь у костра,
Не проси называть имена — ты же понял все сам,
Не сули за балладу неспетую горсть серебра
Все равно эту тайну я, странник, тебе не отдам...
Слышишь, — сказка лучом по скалистым скользит берегам
И Судьба затаилась, растеряно Нить теребя,
Лишь холодные волны все так же бросались к ногам
Только белые чайки носились, о чем-то скорбя... (*)
Парень наслаждался мелодией и песней, задумчиво скользя взглядом по кустам на другом конце поляны. Внезапно ему почудилось, будто неподалеку хрустнула ветка, а между кустами мелькнул чей-то зелёный плащ. Даг резко вскочил на ноги, тут же взяв меч на изготовку, Ката оборвала песню, вопросительно посмотрев на юношу. Тот, прижав палец к губам, мягким кошачьим шагом подкрался к кустам и бесшумно скрылся в них. Девушка, отложив лютню и затолкав дракончика в свою знахарскую сумку, повторила все манипуляция парня. Из кустов послышалась тихая возня и приглушенные проклятия. Ката на всякий случай отошла подальше от источника шума, приготовив обездвиживающее заклинание. Долго ждать не пришлось: из кустов, таща за собой упирающуюся растрепанную девушку в зелёном плаще с капюшоном, уже не скрывающем волнистые каштановые волосы, вылез Даг, помятый и поцарапанный. Картинка выглядела довольно забавно, так что неудивительно, что Ката не выдержав, захихикала. Парень посмотрел на девушку мрачным взглядом.
— Не думаю, что она опасна. Посмотри: у неё даже оружия нет, — стараясь не смеяться сказала Ката.
— А это мы ещё посмотрим. Может, она шпионка какая-нибудь, — угрюмо проворчал парень.
— Сам ты шпион. Бард я, — буркнула девушка в зелёном плаще, — И отпусти меня, пока я тебя гитарой по башке не огрела! — Даг с сомнением посмотрел на инструмент, висящий за спиной у девушки вне пределов её досягаемости, но всё же отпустил.
— Тогда что ты тут делала? Приличные люди одни по лесам не шляются и в кустах не прячутся.
— Не твое дела, — зло бросила девушка, поправляя растрепавшиеся волосы.
— Да ладно, отстань ты от неё, — вмешалась Ката. — Прошу прощения за моего друга, обычно он вежливее. Пойдём, перекусим и поболтаем, — улыбнувшись, предложила девушка новой знакомой. Та что-то пробурчала в знак согласия.
Некоторое время понаблюдав за девушкой, Даг резко развернулся, нашарив в кустах свой меч, сунул его в ножны и быстрым шагом направился вглубь леса, по тропинке, сшибая носками сапог поганки. Уже почти наступил вечер. Он злился и не мог понять, что его так разозлило. Но он был зол и не смотрел по сторонам. Напрасно. Между деревьями в сгущающихся сумерках возникла пара красных глаз. Посмотрев юноше вслед, глаза мигнув, исчезли. Несколькими мгновениями позже между деревьями мелькнула странная темная тень и почти сразу же пропала. Даг ничего не заметил. Между тем тень подкралась к парню сзади, коснулась его меча и растворилась в воздухе, будто её и не было. Даг по-прежнему ничего не заметил.
Девушки сидели прислонившись спиной к дереву и жевали сыр с хлебом. Обе молчали, не желая первыми заводить разговор. Наконец Катара не выдержала:
— Как тебя зовут-то? — девушка, дожевав свой сыр, посмотрела на Кату карими глазами и немного помолчав, ответила:
— Ангора я. А ты кто?
— А меня Катарой зовут. Но можно просто — Ката.
— Очень приятно, — Ката кивнула.
— Хм... — протянула девушка. — А можно все-таки спросить?
— Валяй.
— Как ты тут оказалась? Я думала, что тут людей на много километров вокруг нет, — задумчиво сказала Ката.
— Не поверишь — мимо проходила и случайно наткнулась. Услышала твою песню ну вот и подошла поближе. Из профессионального интереса, — Ангора указала на свою гитару. Ката понимающе покивала.
— И все таки, как ты забралась в такую глушь? — немного помолчав, вновь спросила она.
— А сами-то вы как тут оказались? — покосившись на девушку, спросила Ангора.
— Я тут живу неподалёку. А Даг — тот парень, который сломя голову помчался в лес — мой друг.
— А я вот заблудилась, — буркнула девушка. На поляне вновь повисло молчание.
— Слушай, а расскажи о себе, что ли, — попросила Ката.
— Ээ... Аа.. А что именно-то рассказать? — растеряно спросила девушка.
— Ну, кто ты вообще, чем занимаешься, чем на жизнь зарабатываешь, — пожав плечами ответила знахарка.
— Нуу... Я как бы наемничеством занимаюсь. Выполняю всякие мелкие поручения за деньги — упыря например, прибить, с лешим договориться. Хм... Что ты имела ввиду, когда спрашивала кто я?
— Ну, кто твои родители, допустим, откуда ты родом
— Родители... — девушка как-то странно усмехнулась. — Мать — хранитель света, отец — некромант. Полукровка я... Но вообще считаю себя магом. Родилась же я в Белории — городе магов, но воспитывалась в Эдеме. Там тоже пробыла недолго, вскоре покинула сии ряды и долго путешествовала. Тогда и занялась наемничеством. Кстати, что это ты все обо мне да обо мне спрашиваешь, а о себе ничего не рассказываешь? — возмутилась Ангора.
— Я — знахарка и этим все сказано — чуть улыбнувшись, ответила Ката. — По возможности помогаю людям, в данное же время путешествую с этим милейшим молодым человеком, который сейчас куда-то сорвался и убежал. Я думала, по мне сразу можно понять род моей деятельности, — Ангора внимательно осмотрела девушку и фыркнула:
— Ну уж нет, ты скорее похожа на бродячего менестреля или барда. Кстати, неужели простая знахарка умеет играть на лютне? — хитро прищурившись, спросила девушка. Ката рассмеялась.
— Даа, ты меня раскусила. Я супершпион, косящий под знахарку-менестреля! Ну а если серьёзно, то это, — знахарка бережно коснулась рукой струн лютни. — просто хобби. Певец и поэт из меня не очень, — Ангора с сомненьем покосилась на девушку.
— Я вот кошу под менестреля, когда мне это выгодно. Не сочти за хвастовство, но это получается у меня неплохо, ибо меня с детства учили петь и на всяких музыкальных инструментах играть, — задумчиво сказала девушка.
— А баллады сама пишешь, или чужими пользуешься?
— Конечно сама! Пишу про все что вижу, — улыбнувшись, ответила Ангора.
— А спой что-нибудь? — внезапно попросила Ката.
— Эээ... Ну... Кхм, хорошо, сейчас, — девушка потянулась за гитарой, осторожно коснувшись струн, подкрутила колки, приготавливаясь играть. Набрав в грудь воздуха, девушка негромко запела:
Укачав в холодной колыбели своды замков, путешествий рек,
Я услышу песню менестрели. Как приятно, что ты человек!
Полной грудью, набирая воздух, осуждая – раньше не могла.
Убегать от жизни путь не простый, почему его я так ждала?
Тихое дыхание апреля катиться с глубоких, горных рек.
Я услышу песню менестрели, в благодарность, что я человек!
И несказанно счастливою улыбкой озарю весь мир – до края, дна…
Моя смерть была моей ошибкой, но она мне силы предала.
Умирая видеть те же лица, все терзания и вечную вражду,
Я решила в тени слиться, всё равно когда-нибудь уйду.
И мой призрак, дышащий без плоти, за тобой последует вперед,
И на этой самой грустной ноте, кто-нибудь еще умрет.
Я последую за тем, кого винила, тот кто, так любив, меня предал,
Тот, кого отчаянно любила, в сердце мне всадил кривой кинжал… (**)
— Хорошая баллада... — задумчиво протянула Ката. — Мои аплодисменты. Покорнейше кланяюсь мастеру. Мои стишки тут и близко не валяются, — Ангора смущённо пожала плечами:
— Смотри, перехвалишь. И буду я страдать звёздной болезнью.
— Ну прям уж, — Ката улыбнулась. — К тому же твои стихи действи... — знахарка оборвала себя на полуслове и прислушалась. — Ты это слышала? — с тревогой в голосе спросила она.
— Что? — девушка тоже принялась нервно прислушиваться. — Я ничего не слышу.
— Тихо... Такое чувство, будто кто-то подкрадывается и внимательно смотрит. Недобро так... — Ката встрепенулась и тихо спросила: — А теперь слышала?! Ветка хрустнула, вон там, — девушка указала в сторону невысоких ольх. Ангора нервно обернулась и посмотрела в указанном направлении.
— Теперь да, слышала, — девушка, изо всех сил напрягая зрение, пыталась рассмотреть что-либо в сгустившихся сумерках. Раздался треск веток, затем что—то мелькнуло между деревьями. Девушки повскакивав со своих мест, приготовились отразить нападение, если такое случится. Воздух задрожал от магии, девушки, не отрываясь, смотрели в сторону источника предполагаемой опасности. Вновь раздался треск ломаемых веток и из кустов выбрался... Даг. Ката облегченно вздохнула.
— Слава богам, это ты. Блин, напугал же ты нас, — сказала она. Парень, рассеяно посмотрев на девушку, повернулся к Ангоре. Ката продолжала что-то говорить, а Даг как-то странно смотрел на наёмницу, будто силясь что-то вспомнить. Затем он сделал один шаг навстречу девушке и положил руку на рукоять меча. Ангора удивленно посмотрела на парня. Ката, тем временем продолжала:
— ...Так вот, представляешь, Ангора оказывается тоже менестрель и... Эй, Даг, что с тобой? — девушка встревожено посмотрела на парня. Тот никак на это не отреагировал. — Даг! Ау! Ты меня вообще слышишь? — девушка, схватив его за рукав, с беспокойством заглянула в глаза, которые никак не хотели на неё реагировать и увидела в них золотистый туман — уж очень хорошо ей знакомый. Девушка тут же отшатнулась, потянув Ангору за собой. В руке у неё вспыхнул фаербол, парень, как зомби, поднял меч.
— Что ты такое? И что тебе нужно от нас и от него? — крикнула девушка, незаметно запуская руку в свою знахарскую сумку. Парень, ничего не ответив, атаковал. Отскочив, Ката резко кинула под ноги парню пузырёк с сонным зельем. Ангора запоздало сотворила шаровую молнию. Парень, вырубился и повалился на землю. Ката, прислонившись к дереву, смотрела на спящего Дага. Первой в себя пришла Ангора. Несколько удивлённо посмотрев на знахарку и одобрительно хмыкнув, девушка принялась быстро связывать парня и привязывать к дереву.
— Ты поняла, что произошло? — спросила наемница, очень серьёзно посмотрев на Кату.
— Да, — кивнула та. — В него что-то вселилось. Ты можешь что-нибудь сделать?
— Боюсь, что нет, — медленно покачав головой, ответила девушка. — Это не в моей компетенции. Ты, как я поняла, тоже ничего сделать не в силах? — знахарка кивнула.
— Вот блин, придется звать Кота... — тем временем парень начал приходить в себя. Заметив это, девушка принялась шарить по карманам, что-то ища. — Черт! Он же как минимум через час должен был очухаться.
— Подожди, — вдруг сказала Ангора, подходя к парню. — Я, кажется, догадываюсь, кто мог в него вселится.
— И кто же? — спросила знахарка, наконец, найдя то, что искала, а именно — небольшой медальон-амулет из странного металла.
— Амарант. Эта фигня уже давно пытается меня поймать, — девушка усмехнулась. — Я ему порядочно нервов попортила, — парень тем временем уже пришел в себя. Посмотрев на Ангору, парень издал злобный рык и принялся яростно вырываться из веревок. Девушка на всякий случай отошла подальше. Наблюдая за всем этим с безопасного расстояния, Ката произнесла:
— Я позвала Кота. Он обещал, что скоро будет здесь, — Внезапно Даг, что-то прокричав на непонятном языке, с невероятной силой дернулся вперед. Верёвка на нем загорелась, и парень высвободился из пут.
— Ёпть! Бежим! — хватая под руку удивлённую знахарку, воскликнула Ангора. Парень уже поднимался на ноги, подбирая с земли свой меч. Бросив на убегающих девушек короткий взгляд, Даг прыгнул вперёд, размахивая мечом. И тут на поляне в огненной вспышке появился Кот...
Все обошлось. Кот поймал Дага, существо было изгнано и уничтожено, Ангора и Ката отделались царапинами и легким испугом, Даг же ходил никакой. Понимание того, что он попал под власть демона, растравляло его душу, не давая ему покоя. Поэтому он всеми днями был мрачен и обижен на весь мир. Ангора, немного поколебавшись, согласилась присоединится к странствиям вместе с Дагом и Катой. Так компания обрела своего первого члена.
*Автор стихов Наталья Новикова (Тэм Гринхилл)
**Автор стихов Анастасия Тивякова (Ангора)

21:37 

Сегодня наконец сподобилась продолжить писать этот рассказ.Вы не поверите: написала больше половины. Если не произойдёт ничего необычного - к 8 марта выложу продолжение. Да-да, после почти двухмесячного перерыва будет продолжение

21:03 

Вечность на двоих

Знаю, слишком идеализировано, слишком бредово, слишком неправдоподобно, но мне хотелось написать что-нибудь в этом духе.


Где-то в одном, из бесконечного множества миров, в каждом из которых свои звёзды, свои боги и своё представление о мире, живёт молодой Атлир. Не будем уточнять, к какой из множеств рас он принадлежит. К нашей истории это не имеет абсолютно никакого отношения. Нам достаточно знать лишь то, что он молод, влюблён и бесстрашен. Как и всякое разумное живое существо, он дышит, мечтает, смеётся, грустит, любит и ненавидит. Его возлюбленная прекрасна, умна, добра и самая лучшая на свете. Право же, так считает каждый влюблённый. Каждый день они гуляют по весеннему зелёному лесу, улыбаются друг другу, держатся за руки, искренне радуются тому, что они вместе. Посмотришь на них и невольно тоже начинаешь радоваться. Но, в то же время, на душе тенью ложится непонятная тоска. Вспоминается другая пара: Ника и Тали... Да... Это была поистине прекрасная пара.
Ника... Она могла поспорить красотой с самими звёздами. Она никогда не жила для себя. Всю жизнь она жила для других и буквально растворилась в своей любви к Тали. У неё был дар. Она могла вылечить любую болезнь, одним словом утешить безутешного. И каждый день она будто бы излучала волны любви, доброты и радости. И всем, кто находился рядом с ней, становилось спокойно и радостно. Она как будто приносила свет в души людей. Всегда улыбчивая, готовая помочь... Она черпала силы в Любви...
Тали... Сильный, храбрый, настоящий сорвиголова. Защитник Ники. Всегда поможет, поддержит. Ради Ники готов броситься в самое пекло, победить легионы врагов. Он не видел своей жизни без неё. Всё время находился рядом. Жил и дышал ей. Любил. И любил искренне. Да... У них могли бы быть дети. В старости они могли бы жить со своими внуками, окружённые любовью и заботой. По-другому быть просто не могло. Могли бы. Если бы не людская зависть и злоба. Не важно, кто обвинил Нику в связях с Тёмными силами, не важно, кто натравил на неё всю деревню, назвав её ведьмой, неважно и то, кто подложил спящей Нике ядовитую змею — история не сохранила его имени, Великая река времени не считает нужным сохранять в памяти имена завистников и предателей. Важно то, что Ника, приносящая всем радость, не сумела оправится от укуса змеи. Но, скорее всего, не только и не столько укус лишил её жизненных сил, отправил её дух в далёкое странствие. Людская злоба и зависть — вот истинная причина её бессилия... Ведь, как известно, дурные слова и ненависть ранят намного сильнее, нежели телесные травмы.
Тали не отходил от неё ни на шаг, он хотел отомстить, но Ника, когда приходила в себя, просила его не идти на поводу у обиды. Она улыбалась ему. Тали тоже старался улыбаться. Он ещё надеялся на то, что его возлюбленную можно спасти. Ведь надежда умирает последней... Но Нике становилось хуже и хуже. И когда стало ясно, что сможет помочь только чудо, Тали обратился к богам, но боги отказались помогать ему, ссылаясь на то, что они не имеют права вмешиваться в естественный ход вещей. Тогда Тали решил обратиться к Тёмным силам. Они обещали даровать Нике жизнь при условии, что Тали заключит с ними сделку и отправится в их мир, мир без солнца и радости. Тали согласился без колебаний. Договор был скреплён. Один из богов, которого заинтересовал этот молодой парень со взглядом мудреца, ослеплённого горем, всё это время наблюдал за Тали. Поражённый любовью и преданностью Тали, он решил вмешаться и показал и рассказал своим собратьям-богам о том, что увидел он. Тогда боги впервые поступились правилами, решив вознаградить Любовь Тали и Ники. Они добились расторжения договора с Тёмными силами и подарили влюбленным Вечность. На следующий день друг Тали и Ники нашёл их мёртвыми. Они лежали в обнимку, а на их лицах виднелась улыбка. Спокойная, радостная. Их похоронили в одной могиле, под белым памятником, на котором было выгравировано серебряным: «всё зависит от нас самих», а вечером на небе загорелось новое созвездие: корабль с надутыми парусами, на борту которого, обнявшись, стояли двое возлюбленных. И вот через много лет Атлир и Асе, сидя под кроной дерева, наблюдают за этим плывущим вдаль кораблём. Голова Асе лежит у Атлира на плече. Они держатся за руки. Кто знает, как повернётся их судьба... Кто знает...

15:23 

Скрипка

Весна... Лёгкий ветерок играет в зелёных кронах деревьев, на улице щебечут птицы, жужжат насекомые. Трава изумрудная и свежая. Такой она бывает только весной. А запахи... Кажется, что какой-то неизвестный парфюмер искусно смешал несколько дивных ароматов, получив, в итоге, нечто необыкновенное, с тонким, неуловимым благоуханием. Лёгкий порыв ветра в очередной раз промчался по улицам, заглянув в несколько окон, запутался в занавеске последнего. За занавеской находилась комната некоего почтенного господина, почти не отличающаяся от других таких же комнат. Сюда тоже уже давным-давно пришла весна: на прикроватном столике стоял букет полевых цветов, тяжелые шторы были раздвинуты, на стене плясал весёлый солнечный зайчик. И лишь пожилой человек, лежащий на кровати у стены, видимо тяжелобольной, не вписывался в этот радужный весенний мир. Человек обессилено лежал на кровати, прижимая к себе скрипку и иногда слегка касаясь струн пальцами. Поднять смычок сил уже не оставалось. Если приглядеться, можно было рассмотреть его бледное, словно из воска, лицо и длинные чёрные и густые волосы, которые уже затронула седина. В этом человеке легко узнавался виртуозный скрипач Никколо Паганини. Маэстро с грустью посмотрел в сторону окна и вновь опустил взгляд на свою любимую скрипку. Проведший всю жизнь в гастролях и так и не сумевший обзавестись семьёй, он относился к своей скрипке как к живому существу. На многих концертах она была его спутницей, его верной помощницей. «Глупцами были те, кто считал тебя монстром, моя дорогая Cannone — думал маэстро, проводя рукой по неровной спирали головки скрипки и касаясь комков, образованных неровным наложением лака — «Лишь ты одна можешь так звучать. Твой голос я узнаю из сотен других. Он — отражение твоей души. Да, души. Я знаю, что ты живая. И сейчас ты скорбишь по своему... Нет, не хозяину... По своему другу и любимцу. Нет, я завещаю тебя своему родному городу — Генуе. Ведь ты не согласишься чтобы с тобой играл ещё кто-либо...» — он коснулся рукой прохладных струн и скрипка, будто бы в подтверждение издала тоскливый, протяжный звук, совсем не свойственный ей.
На город спустились вечерние сумерки. Постепенно улеглась дневная суета, и на улицах зажглись первые фонари. Маэстро устало смежил веки и погладил свою скрипку. Как потом оказалось, в последний раз. В эту ночь в комнате великого маэстро звучала тоскливая и тихая мелодия, казалось, что это плачет скрипка, а из окон лился странный, зеленоватый свет. Наутро его зашла проведать сестра, но маэстро был уже мёртв. Она отметила странный холод в его комнате, хотя ночи были душные. А на скрипке блестели холодные капли...

«Холодно... Чертовски холодно...» — это была первая мысль очнувшегося от сна юноши. За окном шумел ночной весенний ветер. Юноша поёжился, натянула одеяло и прислушался к шуму ветра. Казалось, что в пение ветра вплелась какая-то тоскливая мелодия. Юноша потряс головой, отгоняя наваждение, и снова прислушался. Нет, слух его не обманул. Мелодия зазвучала ещё отчётливее. Юноша заворожено слушал этот таинственный звук и даже забыл о холоде. Словно во сне, он спустил ноги с кровати, нашарив под кроватью обувь, натянул на плечи одеяло и вышел на улицу. Завернув за угол, юноша увидел источник этих звуков — необычную скрипку, от которой исходило странное, зеленоватое сияние. Юноша приблизиляь к скрипке, мелодия стала тише, но, тем не менее, её чародейская сила так и не ослабла. Юноша протянул руку к загадочной скрипке, но та напоследок выдав чистый, звонкий звук, исчезла, оставив после себя небольшую деревянную табличку, неаккуратно покрытую лаком. Юноша посмотрел на табличку. На ней зелёными буквами значилось: "Per aspera ad astra" Покрутив табличку в руках, юноша отправился домой. Дома он подошёл к настенному календарю и оторвал от него лист. На следующем листе значилось: 27 мая. Близился рассвет.
Через несколько лет:
В первом ряду зала Большого театра сидел мужчина средних лет и внимательно следя за действиями на сцене, задумчиво вертел в руках некий предмет; каково же было бы удивление человека, присмотревшегося к этому предмету: это была небольшая, неаккуратно покрытая лаком табличка со странной надписью. Скользнув взглядом по изящным буквам, образующим надпись, человек снова перевёл взгляд на сцену, наблюдая за действиями. Да... Это был час его триумфа. «Лебединое озеро» пользовалось большим успехом. Мужчина чему-то улыбнулся, вновь переведя взгляд на табличку. Как странно: табличка исчезла. Несколько мгновений человек смотрел на пустую ладонь, но потом лишь потряс головой и усмехнулся, вернувшись к просмотру балета...

*Cannone — пушка
**Per aspera ad astra — (лат) Через тернии к звёздам

Чёрное и белое

главная